Поздно сожалеть: теперь я невеста твоего дяди

Огромная вилла на Рублёвке была забита дорогими брендами. Гардеробная на втором этаже ломилась от дизайнерских платьев и туфель на шпильках, которые Игорь покупал ей исключительно как красивой кукле для выходов в свет. Но истинно её вещей там было ничтожно мало.

Пара старых медицинских костюмов, базовый уход за кожей и тяжелая стопка учебников по хирургии.

Сборы заняли меньше часа. Лилия упаковала четыре года своей жизни в один старый чемодан. Она не притронулась ни к одной брендовой тряпке, оставив комнату в идеальном порядке, стирая любые следы своего присутствия.

Спустившись в кабинет Игоря, она открыла банковское приложение на телефоне и перевела на его счёт все свои личные сбережения — двести восемьдесят тысяч рублей. В назначении платежа она твердо напечатала: «Частичная компенсация фактических расходов на моё проживание и питание. Окончательный расчёт будет произведён отдельно».

Она оставила распечатанный чек на самом видном месте его рабочего стола.

Когда Лилия спустилась в холл с чемоданом, путь ей преградила грузная фигура Анны Петровны. Пожилая экономка скрестила руки на груди, презрительно скривив губы: «Куда это мы намылились посреди ночи?

— процедила она скрипучим голосом. — Решила поиграть в гордость?

Мальчик выпил лишнего, с кем не бывает. А ты тут трагедии ломаешь».

Её цепкий, подозрительный взгляд скользнул по чемодану Лилии. «И что ты там тащишь?

Надеюсь, не те дорогие платья и украшения, которые Игорь Дмитриевич покупал тебе из жалости?

Ты ведь пришла сюда ни с чем, как дочь прислуги, ни с чем и уйдёшь!»

Лилия остановилась. Её взгляд стал настолько ледяным и пронзительным, что экономка невольно отступила на полшага. «Я не взяла ни одной вещи, купленной на деньги Волковых, Анна Петровна, — голос Лилии звенел от металла. — А на столе в кабинете Игоря лежит банковский чек на двести восемьдесят тысяч. Это лишь частичная компенсация моих фактических расходов, а окончательный расчёт я произведу отдельно.»

Не дав экономке опомниться, Лилия сделала шаг вперёд, подавляя её своим спокойным превосходством: «Передайте своему хозяину, что я купила свою свободу. Сдачу можете оставить себе».

Лилия оттолкнула опешившую прислугу с дороги и вышла за массивные двери, где её уже ждала машина Полины.

На следующее утро тишину виллы разорвал хриплый крик Игоря.

Головная боль от похмелья раскалывала череп пополам. Он лежал в постели, раздраженно массируя виски. «Лиля!

Где мой аспирин?!

И принеси мне темно-синий костюм, у меня сегодня встреча с дядей Константином!» — заорал он в пустоту коридора.

Он никогда не задумывался о таких мелочах. Все эти годы Лилия безупречно гладила его рубашки, подбирала галстуки и варила кофе идеальной температуры. Для него, сколько бы девиц он ни таскал по клубам, Лилия всегда оставалась самым удобным, бесплатным и безотказным вариантом.

«Она просто блефует, — самодовольно подумал Игорь, усмехаясь. — Вчера закатила истерику, а сегодня наверняка уже приготовила мне завтрак».

Он спустился на первый этаж, но столовая была пуста. «Где Лилия?» — нахмурившись, спросил он у суетящейся Анны Петровны.

«Игорь Дмитриевич... — экономка замялась, пряча глаза. — Она собрала вещи и ушла ещё ночью. Сказала, что часть расходов компенсирована, а окончательный расчёт будет произведён отдельно».

Лицо Игоря мгновенно потемнело. Он бросился в свой кабинет и увидел на столе банковскую выписку.

Двести восемьдесят тысяч?

Только частичная компенсация расходов?!

В столовой повисла гробовая тишина. А затем Игорь издал ледяной, полный презрения смешок.

Она правда думает, что эти жалкие фокусы заставят его бегать за ней?

Он поднял руку и посмотрел на дорогие часы. Было восемь тридцать утра.

«Даю ей время до восьми вечера, — высокомерно процедил Игорь, бросая скомканный чек на стол. — Если до восьми она не приползёт сюда на коленях умолять о прощении — выбросьте все её оставшиеся вещи на помойку. Пусть Эмма переезжает сюда. У меня нет времени играть в детские игры с дочерью прислуги!»