Пепел любви

Анна вбежала в галерею за пять минут до открытия - мокрые волосы прилипли к щекам, плащ потемнел от дождя, но холст уцелел.

- Наконец-то! - выдохнула куратор Марина, подбегая к ней. - Я уже думала, ты не успеешь. Давай скорее, развешиваем.

Они быстро разместили три картины Анны в дальнем зале: «Утро в парке» - пастельные тона, лёгкая дымка; «Окно с цветами» - яркие мазки, ощущение тепла; и центральная работа - «Бессонница», где тёмные контуры переплетались с бледными лунными бликами.

- Отлично, - Марина отступила на шаг. - «Бессонница» - просто шедевр. Чувствуется глубина.

Анна закусила губу, разглядывая свою работу. В ней действительно было что-то личное - отражение бессонных ночей после расставания с отцом, после долгих месяцев одиночества.

- Спасибо, - тихо ответила она. - Просто... надеюсь, кому‑то это откликнется.

Галерея постепенно наполнялась людьми. Анна стояла в стороне, наблюдая, как посетители останавливаются у её картин, перешёптываются, кивают. Кто‑то фотографировал, кто‑то задумчиво склонял голову.

Она уже собиралась отойти к окну, чтобы перевести дух, как вдруг услышала знакомый голос:

- «Бессонница»... Очень точно названо.

Анна обернулась. У картины стоял Максим, внимательно изучая мазки. Он сменил пальто на строгий костюм, но в глазах всё то же спокойное, вдумчивое выражение.

- Ты... - она запнулась. - Ты пришёл.

Он повернулся к ней и улыбнулся:

- Я же обещал, что, возможно, увидимся снова. Вот я и решил, что выставка - отличный повод. Тем более, мне действительно интересно посмотреть на работы того, кто умеет так искренне смеяться над чужой неуклюжестью.

Анна почувствовала, как теплеют щёки.

- Извини за это, - пробормотала она.

- Ни в коем случае, - он поднял ладонь. - Это был лучший момент за последнюю неделю. А картина... она цепляет. В ней есть боль, но и надежда. Ты сама её написала?

- Да, - Анна подошла ближе к полотну. - Это... часть меня. Иногда кажется, что я до сих пор не выспалась после тех лет.

Максим помолчал, потом мягко спросил:

- Хочешь, выйдем на улицу? Здесь шумно, а я бы хотел послушать подробнее. Если ты, конечно, не против.

Анна взглянула на него - в его взгляде не было ни осуждения, ни фальшивой жалости, только искренний интерес. И неожиданно для себя она кивнула:

- Да. Да, хочу.

Они вышли на улицу. Дождь закончился, асфальт блестел, отражая огни города. Максим предложил:

- Может, зайдём в то самое кафе? Теперь я знаю, где оно, и обещаю больше не прыгать в лужи.

Анна рассмеялась - впервые за долгое время искренне и легко.

- Договорились, - сказала она. - Но только если ты расскажешь что‑нибудь о себе.

- С удовольствием, - кивнул Максим. - Например, почему я до сих пор ношу портфель, который мне подарила бабушка двадцать лет назад.

Они пошли вдоль тротуара, и Анна вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей не страшно довериться кому‑то.