Твоё имя на запястье

Влетев в лобби отеля «La Canopée» со скоростью суборбитального снаряда, я едва не сбила с ног швейцара. Мое дыхание сбилось, шпильки глухо стучали по мрамору, а в голове набатом била одна мысль: бежать.

Я ворвалась в наш номер, где Лили и Марго только-только просыпались, лениво заказывая через нейро-панель завтрак.

- О, явилась, блудная невеста! - Лили потянулась, зажмурившись от яркого солнца.

- Ну и как всё прошло? Судя по твоему взъерошенному виду и платью, застегнутому не на те пуговицы, французский экспресс доставил тебя прямиком на станцию «Блаженство»?

- Собирайте вещи. Быстро. Мы улетаем. Прямо сейчас, - на одном выдохе выпалила я, подлетая к своему умному чемодану и начиная хаотично кидать туда косметику.

Марго от неожиданности выронила планшет на шелковое одеяло.

- Эй, полегче. Наш рейс только через три дня. Что случилось? Тебя преследует полиция нравов?

- Хуже, - я обернулась, мои глаза были огромными от пережитого шока и адреналина.

- Я переспала с ним. И это было... Боже, это было невероятно. Он целует так, будто крадет твою душу, а его руки... Короче, забудьте! Суть в том, кто он. Вокруг него крутились амбалы с пушками под пиджаками. Настоящими, металлическими пушками, а не пластиковыми игрушками! Он - либо сын какого-то крупного французского мафиози, либо сам таковым является, судя по его перстню-печатке с выгравированным фамильным гербом!

Лили резко села, её сонливость как рукой сняло.

- Погоди. Ты подцепила в клубе гангстера? Настоящего? Детка, да твой Сэм по сравнению с ним - просто комнатный тапочек!

- Лили, это не смешно! - я судорожно застегивала замок чемодана, который жалобно пищал от неправильной трамбовки вещей.

- Я проснулась, посмотрела на него и поняла, что, если он проснется и решит, что я слишком много знаю, меня найдут на дне какой ни будь реки. Без телефона и с бетонными кроссовками. Я сбежала. Если его люди вычислят, в каком отеле мы остановились, нам конец. Нам нужно вернуться в Нью-Йорк, затеряться в толпе и сделать вид, что этой поездки вообще не было!

Марго, оценив панику подруги, уже активировала бронирование.

- Ладно, паника обоснована. Переоформляю билеты на ближайший грузовой шаттл. Через два часа мы улетаем.

Сборы, перелет прошел как в тумане.

Нью-Йорк встретил Ариану привычным гулом, запахом мокрого асфальта и бесконечной суетой. Прошла неделя с момента её возвращения из Парижа. Свадебное платье было сдано обратно в салон (со скандалом и потерей тридцати процентов стоимости), коробки с приглашениями утилизированы, а Симба - верный робот-пылесос - наконец-то был прощен и исправно чистил ковры, больше не напоминая о бывшем.

Жизнь Арианы медленно, со скрипом, но возвращалась в колею. Она ушла с головой в работу, стараясь не смотреть на прохожих, которые шли по улицам, держась за руки и демонстрируя одинаковые чернильные метки.

Субботнее утро начиналось идеально: чашка крепкого кофе, тишина и полное отсутствие мыслей о мужчинах.

Я сидела на подоконнике, глядя, как за стеклом пролетают пассажирские дроны. Вдруг мое левое запястье пронзила такая острая, жгучая боль, что я едва не выронила чашку.

- Ауч! - я схватилась за руку. Впечатление было такое, будто к коже прижали раскаленное клеймо.

Я судорожно закатала рукав домашнего халата. Кожа на запястье, прямо над пульсирующей веной, стремительно краснела и припухала. Боль становилась невыносимой, подкожные капилляры словно взрывались один за другим, высвобождая пигмент. Из глубин эпидермиса начали проступать тонкие, четкие линии. Они вились, складываясь в элегантные, каллиграфические буквы.

Ариана затаила дыхание, чувствуя, как сердце совершает кульбит.

«Étienne»

Этьен. На французском.

- О боже... - прошептала я, оседая прямо на пол гостиной. Симба тут же услужливо подъехал к моим ногам и понимающе пискнул.

- Нет-нет-нет, Система, ты издеваешься надо мной?

Это была не просто метка. Это был приговор. Тот самый загадочный мужчина из парижского клуба, с которым я переспала назло судьбе, сам оказался моей судьбой. Космическая ирония Вселенной ударила меня прямо под дых. Но депрессии больше не было. На смену ей пришел дикий, чистый адреналин. Из брошенной, несчастной невесты, плывущей по течению, я в одну секунду превратилась в девушку, у которой появилась четкая цель.

- Ну что ж, француз, ты от меня теперь так просто не отделаешься, - злорадно ухмыльнулась я, разглядывая свежие чернила.

-Пора нанести визит государству.

Филиал Департамента Идентификации Пар (ДИП) выглядел как помесь стерильной операционной и штаб-квартиры технологического гиганта. Белоснежный мрамор, матовые перегородки и сотни людей, сидящих в очереди с забинтованными или уже открытыми запястьями. Кто-то плакал от счастья, кто-то нервно грыз ногти.

Я решительно подошла к терминалу экспресс-сканирования.

- Добро пожаловать в ДИП, - раздался приятный, искусственный голос оператора из динамика, когда я приложила левую руку к стеклянной панели сканера.

- Пожалуйста, зафиксируйте запястье. Происходит считывание биометрических данных и структуры чернил.

Лазерный луч трижды прошел по имени «Étienne». Экран терминала на мгновение мигнул зеленым, а затем... внезапно окрасился в тревожный, пульсирующий багровый цвет. На дисплее вспыхнули крупные буквы, которые заставили Ариану похолодеть:

ВНИМАНИЕ. ДОСТУП ОГРАНИЧЕН. СТАТУС ОБЪЕКТА: СЕКРЕТНО / ВЫСОКИЙ УРОВЕНЬ ОПАСНОСТИ

- Что за?.. - нахмурилась я.

В ту же секунду из боковой двери зала вышли двое хмурых сотрудников службы безопасности ДИП в бронежилетах. Они направились прямо к моему терминалу.

- Мисс, пожалуйста, отойдите от аппарата и пройдите с нами, - ледяным тоном произнес один из них, кладя руку на кобуру электрошокера.

- Эй, полегче! Я просто пришла узнать, где живет мой истинный, а не взламывать ваши серверы! - возмутилась я, но меня быстро и аккуратно препроводили в изолированную комнату для допросов.

Через пять минут туда вошел чиновник в строгом сером костюме. Он сел напротив меня и открыл на планшете мое личное дело.

- Мисс Ариана, - мужчина поправил очки.

- Система совершила автоматический запрос по вашей метке. К сожалению, мы не можем предоставить вам данные об этом человеке. Его личное дело заблокировано на уровне Интерпола и Министерства юстиции Франции.

- То есть как это «заблокировано»? - я всплеснула руками.

- Мой бывший парень улетел к своей Хлое через два часа после появления метки! ДИП оплатил ему билет! А мне вы говорите, что я не могу узнать, кто мой суженый?

- Ваш случай... специфический, - чиновник замялся, понизив голос.

- Имя на вашем запястье принадлежит человеку из высших эшелонов криминального мира Европы. Сын главы одного из самых опасных синдикатов. Система выдает статус «Крайне опасно для интеграции». Мы настоятельно рекомендуем вам пройти процедуру химического выжигания метки. ДИП компенсирует вам моральный ущерб.

Я посмотрела на свое запястье, где имя «Étienne» казалось теперь не просто надписью, а вызовом. Выжечь? Забыть ту сумасшедшую ночь в Париже? Сдаться и признать, что система опять всё решила за меня?

- Нет, - я поднялась со стула, гордо вскинув подбородок.

- Выжигать я ничего не буду. Раз уж судьба подкинула мне мафиози, я сама с ним разберусь.

- Мисс, вы не понимаете, это самоубийство... - попытался остановить меня чиновник.

- До свидания, - отрезала я, направляясь к выходу.

Выйдя на шумную улицу Нью-Йорка, я остановилась. ДИП мне не поможет. Официальные каналы закрыты. Государство умывает руки. Значит, мне придется вести собственное расследование.

Я достала телефон и набрала Лили.

- Лили, объявляй общий сбор у меня через час. Нам понадобятся все твои навыки хакера-самоучки, пара бутылок вина и очень много терпения. Мы начинаем охоту на французскую мафию.